Храм Воскресения Словущего

село Шипулино, Клинский округ Московской епархии Русской Православной Церкви

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Проповедь в Неделю Торжества Православия

Митрополит Ташкентский и Среднеазиатский Владимир. Проповедь в Неделю Торжества Православия

СЛОВО
в Неделю Торжества Православия
во утверждение святой православной веры
и во обличение отступлений, ересей и сект

Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее.

Мф. 16, 18

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Дорогие во Христе братья и сестры!

Из маленького семечка порой вырастает могучее дерево, все глубже врастающее корнями в почву и все выше простирающее к небесам свои ветви. Вокруг беснуется непогода, неистовствуют бури — но лишь слабые листья срывает, да некрепкие ветки обламывает злобная стихия, а само дерево стоит непоколебимо. Вот так же из малого семени — из горстки людей, собравшихся некогда в Сионской горнице для восприятия даров Святого Духа, выросло величественное древо Церкви Христовой, покрывающее своею тенью всю вселенную, корнями уходящее в глубины веков, а вершиною достигающее Небесного Царствия.

Каких только бурь и напастей не выдержала Святая Церковь! Козни богоубийц-иудеев, карательная мощь Римской империи, злоухищрения еретиков, безумие расколов, яд безбожия, большевистский террор — все ополчение адово обрушивалось и продолжает обрушиваться на Невесту Христову. И что же? Насилием и ложью адское воинство отторгает слабых, порабощает маловерных, соблазняет гордых, а Церковь живет и возрастает, и все бедствия служат Ей лишь к вящему торжеству. Это так, потому что краеугольный Камень Церкви — Сам Господь наш Иисус Христос, Божия Сила и Божия Премудрость. «Легче исчезнуть солнцу, чем Церкви», — говорит Святитель Иоанн Златоуст.

Церковь Христову святой апостол Павел уподобляет вечному храму Божию, строящемуся из «живых камней» — верных последователей Спасителя: быв утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем... на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом (Еф. 2, 20—22). Сын Человеческий предупреждал своих учеников об испытаниях, гонениях и скорбях, которые готовит им лежащий во зле мир, звал их подражать Себе — не имевшему, где приклонить голову, претерпевшему за людей мучительную Крестную смерть. И история Церкви написана кровью и слезами. На протяжении веков подвижники Господни за святую веру подвергались гонениям, пыткам и казням, добровольно терпели лишения, выжигая из себя семена греха подвигами самоотречения, поста и молитвы. Вот те «живые камни», из которых строится нерукотворный храм Божий — Святая Церковь Христова.

Спаситель преподает христианам не «мертвую букву закона» — нет, Господь требует от нас живой веры, воплощаемой во всех делах и помыслах наших. Многое... сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг (Ин. 21, 25), — так заканчивает свое Благовествование святой апостол Иоанн Богослов. Несметное множество священных книг христианства создавалось, начиная от устных преданий апостольских, продолжало и продолжает создаваться самими житиями святых подвижников Божиих, их Богодухновенными творениями и Богоугодными деяниями. Так возрастает и украшается древо Святой Церкви!

Но вечно обновляясь и питаясь все новыми живительными соками, Церковь Христова в сокровенной сути своей остается той же, какой была в апостольские времена. Никаких «новшеств», никаких «переосмыслений», никакого фальшивого «прогресса» не может быть в учении и Таинствах, завещанных нам Самим Сыном Божиим и Самовидцами Слова — ближайшими Его учениками. Православная Церковь потому именуется Апостольской, что со времен первохристианских свято хранит не только книги Нового Завета, но и память устных повествований и заветов первых христиан, по слову апостольскому: стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим (2 Фес. 2, 15). Это бесценное богатство может быть приумножено трудами благочестивых людей — но малейшие изъятия и искажения здесь преступны, ибо Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же{Евр. 13,8-9).

И к приумножениям сокровищницы своих духовных богатств Православная Церковь всегда относилась крайне осторожно. Мнения о главных вопросах веры и Богослужения могли высказывать лишь те христиане, чистота жизни, добродетели и благочестие которых были вне всяких сомнений. Но и их утверждения не принимались слепо, ибо, кроме Единого Безгрешного, среди людей нет и не может быть непогрешимых, и достойнейшие способны заблуждаться. Свои догматы, каноны и обрядность Церковь не доверяла отдельным лицам, но поверяла Соборным своим разумом, руководимым Духом Святым.

Соборность Православной Церкви обуславливает Святость ее. Эта нерушимая Святость — не в качествах отдельных ее служителей; могут оказаться недостойными некоторые священники, впасть в нечестие или ересь епископ, даже Патриарх Поместной Церкви (и такие случаи бывали). Но Полнота Святой Церкви, Глава которой — Христос, Соборным разумом отсекает недостойных служителей и — движется далее, в вечность. Так уносит ветер сухие листья, падают мертвые ветви, а само вечнозеленое дерево по-прежнему полно жизни.

Таинственное бытие Церкви Христовой не зависит от существования государств и империй. Поместные Церкви, окормляющие отдельные страны, являются лишь частями нераздельной Вселенской Православной Церкви. Светильник Православия, по виду угасая в одном месте, тем ярче разгорается в другом. Главными оплотами были попеременно Рим, Византия и, наконец, Русь. Великую славу ниспослал Всещедрый Господь Отечеству нашему! Воздвигнувшись из дремучего язычества, Святая Русь просияла лучезарным сонмом подвижников, чьи деяния в летописях Церкви достойны занять место рядом с подвигами древних христиан. В нынешнем веке Церковь Российская перенесла величайшее испытание и стяжала высочайшую славу. «Отцы преследовали детей, и дети отказывались от отцов, матери забывали о болезнях деторождения, и нарушались законы природы. Но основания Церкви и тогда не поколебались, и хотя война поднимаемая была со стороны самых близких, однако не коснулась ее стен», — это старинное повествование Святителя Иоанна Златоуста словно бы относится к новейшей истории Российской Церкви. Но священное призвание народа-Богоносца влечет за собой высочайшую ответственность. Сынам и дочерям славян следует твердо помнить — их уход от Православия означает и поругание предков, и предательство их заветов, и отречение от Христа Спасителя.

Могут сказать: в этом мире множество сообществ, именующих себя «христианскими церквами». Здесь и римо-католики, и баптисты, и квакеры, и «Богородичный Центр», и прочая, и прочая — и все, как на пестром базаре, зазывают к себе, выкликая: «Истина и спасение только у нас!» Голос Православной Церкви в разноголосице всех этих «христианств» кажется самым тихим и смиренным. Но не в кротости и не в смирении ли совершается священное дело Божие?

Кому-то может показаться, что все конфессии, «исповедующие одного Христа», как бы дополняют друг друга, им не о чем спорить. Нет! не «одного Христа» исповедуют верный и отступник, православный и сектант. Господь наш Иисус Христос — Глава Церкви, которая есть Тело Его, полнота Наполняющего все во всем (Еф. 1,23). Одна Глава — Одно Тело, кощунственно утверждать, что Спаситель имеет несколько «мистических тел». И лишь наша Мать-Церковь — Святая, Соборная и Апостольская — сохранила неповрежденным учение Христово, к ней относятся слова Спасителя: учите народы соблюдать всё, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века(Мф. 28, 20), и лишь православные христиане могут оказаться достойны похвалы апостольской: Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания так, как я передал вам (1 Кор, 11,2).

Размножение псевдохристианских учений есть дело рук сатаны. Это по его злой воле много лжепророков появилось в мире (1 Ин. 4, 1). Преступное нерадение о святыне — плохое знание Священного Писания, невежество в вопросах догматики и церковной истории — мешает людям распознавать горькие плоды отступничества, смертоносные яды ересей.

Льстивый диавол подчас соблазняет человека примешать к Божественному Откровению толику собственных умствований. И как бы ни незначительно казалось искажение правого учения Господня, сделанное надмевающимся людским рассудком, оно ведет к гибельным последствиям. Так, преодолевающий лесную чащу путник в безопасности, пока держится указанной ему дороги. Но стоит ему хоть немного отклониться от верной тропы — и чем «прямее» он будет держаться дальше, тем безнадежнее заблудится в чащобе. Подобный процесс в духовной жизни называется апостасией — отступлением от Божественной Истины. Еще в первые века христианства разноликие еретики пытались столкнуть Церковь на путь апостасии, но доблестные отцы Семи Вселенских Соборов одно за другим ниспровергали лжеучения, одновременно вырабатывая неколебимые устои церковных догматов и канонов. Трудами святоотеческими единство Вселенской Церкви оставалось нерушимым вплоть до XI века.

Первым крупным шагом отступления явился так называемый Великий раскол 1054 года, учиненный латинством.

Великий раскол тоже порою представляют так, будто Вселенская Церковь разделилась на две — Восточную и Западную, каждая со своей правдой. Но нет, не так — это гордый Рим, унаследовавший спесь языческой империи, откололся от Вселенского Православия.

Здесь следует уточнить терминологию. Римская Церковь, называет себя «католи­ческой», но это название ею узурпировано. «Католической», или «кафолической» (что в переводе означает — всеобъемлющая), разросшаяся епархия Римского епископа — папы — отнюдь не является, его последователей вернее называть «латинянами», или, учитывая претензии на мировую власть, - «римо-католиками».

Расхождения начались с «маленькой поправки», которую Рим позволил себе внести в утвержденный Вселенскими Соборами Символ веры, где каждое слово — весомее тысяч книжных томов. Это было пресловутое «филиокве», родившееся в VI веке в Испании. Испанские христиане, которые боролись тогда с отрицавшими Божество Спасителя еретиками, в пылу этой борьбы проявили «ревность без ума» — самовольно добавили в Символ веры понятие об исхождении Святого Духа «и от Сына». Это было грубое вмешательство человеческого мудрования в таинственнейшее учение о Святой Троице, ничего подобного не было ни в Священном Писании, ни в Священном Предании. Вселенская Церковь единодушно отвергла «филиокве», этому лукавому нововведению воспротивились и римские святители того времени. Так, папа Римский Лев III не только отверг домогательства императора Карла Великого, пытавшегося навязать Церкви «филиокве», но и повелел вычеканить на серебряных досках православный Символ веры и положить их при гробнице святых апостолов Петра и Павла, присовокупив к этому надпись: «Я, Лев, положил эти доски по любви к православной вере и для утверждения ее»; в конце IX века Римский папа Иоанн VII назвал добавление «филиокве» в Символ веры безрассудством. И лишь в XI веке в угоду германским императорам Рим принял «филиокве», чем исказил правое учение.

С догматическим отступлением сочеталась властолюбивая гордыня некоторых римских епископов, дошедших до объявления Главою Вселенской Церкви не Господа Иисуса Христа, а самих себя — якобы «наместников Бога на земле». Попытки пап захватить абсолютную власть над Церковью, не совместимые с апостольскими заветами, были отвергнуты святителями Востока. Из глубины веков к их голосам присоединился голос величайшего Римского Святителя — папы Григория Двоеслова: «Если бы кто-нибудь в Церкви получил такое имя, которое сделало бы его судьей над всеми, в таком случае Вселенская Церковь (чего да не будет!) поколеблется в своем основании». Но вот: в 1054 году папа Лев IX пытался навязать Восточным Поместным Церквам свою волю, а когда это не удалось — «анафематствовал» Восток. По поводу подобных «анафем» Римскому папе в свое время писал святитель Кесарии Каппадокийской Фирмилиан: «Когда ты думаешь, что все могут быть отлучены от тебя, ты отлучил от всех одного себя».

Свои претензии на абсолютную власть над Церковью папы силятся обосновать тем, что «занимают престол первоверховного Апостола Петра». Но достаточно внимательно ознакомиться с Новым Заветом — книгами Деяний и Посланий Апостольских, чтобы понять — святой апостол Петр никогда не являлся единоличным главой первохристианской Церкви, изначально Соборной. Важнейший вопрос тогдашней церковной жизни — о присоединении язычников — решался на Иерусалимском Апостольском Соборе, на котором первенствовал вовсе не Апостол Петр, а святой апостол Иаков. Святость Апостола Петра вовсе не означала его безгрешности, даже во время своего апостольского служения он по человеческой немощи «падал», и святому апостолу Павлу приходилось уличать его в лицемерии. Несовершенства Петра-человека вовсе не умаляют величие его апостольского и мученического подвига. Но увы, многие из Римских пап, «преемников» Апостола Петра на епископской кафедре, отнюдь не унаследовали его святости.

34-е Апостольское правило гласит: «Епископам всякого народа подобает знать первого из них. Но и первый ничего не творит без согласия всех. Так будет единомыслие, и прославится Бог о Господе во Святом Духе, Отец и Сын и Святой Дух». Это правило святых апостолов, утверждающее Соборность Церкви, было попрано римскими первосвященниками.

Узурпировав единоличную церковную власть на Западе, папы в безмерной гордости потянулись и к светской власти: начали раздавать императорские короны, путем интриг и угроз ниспровергать и возводить на троны правителей европейских государств, снаряжать войска и развязывать войны. Из пастыря духовного римский первосвященник превратился в светского монарха, претендующего на всемирное господство. Так папский Рим оказался в сетях сатанинского соблазна. В начале XVII века в латинском требнике появилось обращение к папе, кощунственно и зловеще соединяющее в себе слова Спасителя к Апостолу Петру и слова диавола, искушавшего Сына Человеческого: «Ты пастырь овец, тебе Бог передает все царства мира».

Попав в зависимость от произвола одного человека, от его страстей и прихотей, Западная Церковь начала стремительно удаляться от Божественного учения любви, завещанного людям Христом Спасителем. Преступления средневекового папства ужасающи. Слава Древней Церкви воссияла в лике мучеников и гонимых за веру — папы стремились превратить Ее в организацию палачей, мучителей и гонителей. «Благословляемые» папой войска насаждали римо-католицизм огнем и мечом, проливая реки крови, истребляя целые народы — так, в Прибалтике «крестоносцами» был полностью уничтожен славянский народ пруссов. Среди преступлений папства «крестовый поход детей» — не сумев захватить Иерусалим силами рыцарских орденов, папа послал туда детей, заявив, что эти «ангелы Божии» отвоюют для него Гроб Господень. Десятки тысяч детей погибли, остальные были проданы в рабство сарацинам взрослыми «христианами»-рыцарями. По всей Европе пылали костры инквизиции —Любвеобильный Спаситель привлекал к Себе сердца учением доброты и кротости, а его лженаместник — папа — насаждал свою веру пытками и казнями. Процветала торговля индульгенциями — кощунственное «отпущение смертных грехов» за деньги. В то же время роскошь и разврат папского двора сделались «притчей во языцех», на папский престол восходили отравители, блудники, содомиты. Эти грязные страницы истории папства настолько общеизвестны, что когда в прошлом веке Рим дерзнул провозгласить «догмат папской непогрешимости», значительная часть римо-католиков отказалась принять подобную нелепость и образовала Старокатолическую Церковь.

В искажении основ христианской веры Рим не ограничился одним «филиокве». Папство лишило мирян причастия Крови Господней, а ведь Сын Человеческий обещал спасение лишь тем, кто приобщится и Плоти и Крови Его. Поруганием смирения и принижением земного подвига Пречистой Богородицы явился «догмат о непорочном зачатии Ее святой Анной», не подтверждаемый ничем, кроме новейших домыслов. Божественное Правосудие латиняне представляют себе в виде «бухгалтерски-юридического» расчета в мифическом «чистилище», где Бог якобы подвергает «непогибших» грешников длительным пыткам, прежде чем принять их в рай — как будто Вселюбящий Творец не может во мгновение ока просветлить способную к покаянию и очищению душу. В последнее время все большей «модернизации» подвергается и римский церковный обряд, мессы уже служатся под бренчание гитары.

Восточная Церковь никогда не внедряла таких «новшеств», не знала и подобного западному кровожадного «миссионерства». Но Рим занимался не только насильственным «обращением язычников» и сожжением своих еретиков.Во все века папство стремилось сломить и поработить Православие. Коварство Рима привело к падению православной Византийской империи — в начале XII века папские «крестоносцы», шедшие «освобождать Гроб Господень», вместо этого разграбили и сожгли Константинополь, от этого удара Византия так и не оправилась. Много страданий принесли латинские козни и православной Руси. Немногие знают, что советником хана Батыя в нашествии на Русь был римо-католик, рыцарь Альфред фон Штумпенхаузен. Известны постоянные набеги «крестоносцев» на землю Русскую, вторжение «псов-рыцарей», которым противостали дружины святого благоверного князя Александра Невского. Вследствие римо-католических интриг Русь умылась кровавыми слезами в начале XVII века, в годину Смутного времени. В 1812 году «добрые католики» наполеоновских орд варварски надругались над святынями Москвы. Во время господства римо-католической Польши над Украиной была уничтожена древняя культура украинского народа, насильственно внедрена фальшивая «уния» с Римом — превращение православных славян в «латинян второго сорта». Происками иезуитов подготовлено и нынешнее разрушение славянского единства. С конца прошлого века латинские «пастыри» усиленно разжигают на Украине неприязнь к «москалям» — а ведь нынешние русские, украинцы и белорусы всего несколько веков назад составляли единый народ и находятся в ближайшем кровном родстве. Во многом обусловлено папскими интригами и теперешнее плачевное положение многострадальной Украины, не только истощаемой чернобыльской радиацией, но и духовно гибнущей от церковных расколов.

Для достижения своих целей Рим не брезгует никакими средствами. Так, в разгар «красного террора» в России, когда на ее просторах повсюду лилась кровь христианских новомучеников, в Москву неоднократно прибывали папские делегации для налаживания «конкордата» с большевистским режимом и «унии» с кощунниками-«обновленцами». Папа Пий IX «благословлял» фашистов и нацистов, Муссолини и Гитлера. Но все прошлые «соглашения» и «ходы» папства меркнут по сравнению с совсем недавним заявлением: нынешний папа Иоанн Павел II призвал свою паству вместе с иудеями встречать их «Мессию». Смысл этого высказывания поистине ужасен — римский понтифик приглашает своих последователей предаться антихристу.

Столь горькие плоды принесли в Западной Церкви сделанные тысячелетие тому назад два «маленьких» отступления в вопросах догматики и церковного управления. Но едва ли не тяжелейшим следствием римской апостасии явился Западный раскол XVI века, означавший лавинообразное умножение еретических сект.

Вторым огромным шагом в отступлении от Божественной Истины стало появление протестантизма.

Само слово «протестантизм» означало протест против нечестия средневекового папства. Протест этот был совершенно оправдан, ибо деяния тогдашнего Рима никак не совмещались с духом христианства. Конечно, жаждущим истинной веры Христовой следовало обратиться лицом к Востоку, где Православная Церковь свято хранит Божественное учение любви и заветы апостольские. Но папству удалось распространить на Западе повсеместное предубеждение против «варварского» Востока. И протестантизм, вместо того чтобы преодолеть римскую апостасию, только усугубил отступление от правого учения. Ополчившись на пороки папства, протестантизм в то же время отверг и те Божественные дары, которые, несмотря ни на что, продолжала хранить Римская Церковь. О подобных безумных деяниях сложена в народе поговорка: «выплескивают вместе с водой ребенка».

У протестантов не нашлось ни благочестивых вождей, ни мудрых учителей. К несчастью, самым громким из голосов, возвысившихся против злоупотреблений папства, оказался голос Мартина Лютера. Он не только справедливо обличил инквизицию и торговлю индульгенциями, отказался подчиняться папе. Этот самоуверенный человек решил вообще «начать с нуля», объявив «нечестивой и языческой» многовековую историю существовавшей до него Церкви Христовой.

Это было безумием! Неужели Церковь Божия, столп и утверждение итины (1 Тим. 3, 15), со времен Христовых полтора тысячелетия лежала в пыли и прахе, ожидая «пришествия» Лютера? И кто сей «основоположник»? Похож ли он хоть вмале на учеников Христовых — пламенеющего любовью Апостола Иоанна, строгого ревнителя благочестия Апостола Иакова, мудрого и целомудренного Апостола Павла? Да, нужно отдать должное мужеству Лютера в его борьбе с папизмом, однако прочие его качества были далеки от апостольских. Лютер был человеком сомнительной нравственности: чревоугодником, любителем крепких напитков и скабрезных шуток, далеким от смирения и целомудрия, вспыльчивым и необузданным в гневе. Лютер был клятвопреступник: он и сам попрал данный им Господу иноческий обет и вовлек в тот же страшный грех женщину — похитил из обители монахиню и вступил с ней в кощунственный «брак».

Другой «основоположник» протестантизма, Гильом Фарель, предвосхитил сцены, которые в 20-е годы нынешнего века разыгрывали в России «воинствующие безбожники». Вместе со своими вооруженными сообщниками, одетыми в кожаные куртки, Фарель врывался в храмы во время Литургии, — они издевались над священниками, уничтожали иконы, разгоняли верующих. Чувствуя свою умственную неспособность создать какое бы то ни было связное учение, Фарель призвал в Швейцарию, где он орудовал, молодого «религиозного мыслителя» Жана Кальвина.

Кальвин превзошел своего учителя. Этот «освободитель христианства» установил в Женеве режим жесточайшего «духовного» сыска и взаимного доносительства, превзошедший инквизицию. За одну улыбку, шутку или неосторожное слово, нежелание давать собственным детям излюбленные Кальвином ветхозаветные имена «Авраам», «Эсфирь», «Аарон» — людей бросали в тюрьму или изгоняли из отечества. За попытку критики «учителя Кальвина» людей пытали, просверливали язык раскаленным железом и казнили. Своего идейного противника, мистика Мигеля Сервета, «антипапист» Кальвин пытался выдать папской инквизиции, а затем сжег его на костре. Что общего могло быть у людей, подобных Лютеру, Кальвину, Фарелю, с учением чистоты и любви, преподанным Христом Спасителем? Единым росчерком пера «основоположники» протестантизма перечеркнули хранящиеся в Священном Предании апостольские заветы, предали забвению кровь мучеников за святую веру, подвиги и творения духоносных отцов Церкви — и все это подменили собственными домыслами. На учениях Лютера и Кальвина ныне основываются бесчисленные разновидности евангелизма и баптизма.

Необходимо сказать еще об одном нечистом источнике протестантизма: деятельность реформатора XVI века финансировалась иудейскими банкирами, а однажды к Лютеру явилась делегация раввинов, одобрявшая его деятельность, и поинтересовалась: когда же он со своими сторонниками «пойдет до конца» и примет иудаизм? Действительно, во всех протестантских сектах явственен крен в сторону Ветхого Завета, душок антихристианского талмудизма. Нынешние сектантские проповедники, осуществляющие духовную агрессию против России, подпитываются многомиллионными валютными средствами. Откуда берутся эти деньги? Неведомо...

Объявив о «свободе каждого трактовать Библию», протестанты разнуздали лукавый человеческий рассудок. Их последователи стали приступать к толкованию Священного Писания в нечистоте поступков и помыслов, с умом, омраченным гордыней и своеволием. Результат известен: сейчас в мире более тысячи протестантских сект, каждая со своими лжеучителями, каждая дерзает на свой лад интерпретировать Божественное Откровение. Кроме холодно-рассудочной «евангелистской» ветви, отрицающей чудеса Господни, размножились также мистики — эти разными способами доводят себя до экстаза и претендуют на непосредственное общение с «духом». Среди них адвентисты (в самом названии слышится — «ад»), основанные американским лжепророком Миллером, предсказывавшим «конец света» в 1843 году: «пророчество» не сбылось, но секты продолжают существовать. С «духом» общаются пятидесятники и прочие современные «харизматики», выкрикивающие «откровения на неизвестном языке». Какого рода этот «дух»? Человек, не подготовленный к восприятию благодати Божией чистотой своей жизни, находящийся вне Апостольской Церкви, может подобным образом общаться лишь с сатаною, который принимает вид Ангела света (2 Кор. 11,14).

Подробный разговор обо всех формах ереси, в которые вовлекли сектантов их суемудрие и наущения диавола, представляется бессмысленным. Достаточно назвать главное, в чем проявилось их отступление от учения Христа Спасителя, святых апостолов и учителей Церкви.

Сектанты противятся полноте Священного Предания, оставляя для пользования и произвольных толкований только Библию.

Как отнеслись бы праведные иудеи ветхозаветных времен к человеку, который призвал бы довольствоваться десятисловием Моисея и забыть устанавливающую обряды книгу «Левит», историю народа в книгах «Исхода» и «Царств», творения пророков, вдохновенные псалмы Давида? Несомненно, подобного «реформатора» сочли бы богохульником и, в духе Ветхого Завета, побили бы камнями. Однако на такое же кощунственное отношение к Завету Новому дерзают протестанты, отвергая апостольское учение о Таинствах и обряде, повествование о действиях Промысла Божия в истории Церкви, Богодухновенные творения и молитвословия святых отцов, как будто действие Духа Святого прекратилось в первый же век христианства и Вседержитель уже не присутствует в мире, искупленном Кровью Сына Человеческого.

Со времен Христовых святые учители Церкви передавали Священное Предание друг другу, оберегая святыню от искажений; учение апостольское переходило от народа к народу, преодолевало века и тысячелетия и в первозданном виде хранится Православной Церковью. Если человечество помнит свою историю по трудам древних летописцев, то как не доверять хранителям Священного Предания — избранникам Божиим, многие из которых жизнь положили за веру Христову.

Сама Библия, Священное Писание, представляет собой лишь часть Священного Предания, его основу. Сектанты выставляют себя знатоками Библии — но даже слова Спасителя и апостольские эти лжемудрецы толкуют вкривь и вкось, упрямо не замечая того, что прямо обличает их духовную слепоту. А ведь Новый Завет есть священное сокровище Православной Церкви — в III веке святые отцы Церкви выделили из всего огромного свода древнехристианских писаний, среди которых было немало подложных и еретических, истинно Богодухновенные книги, и так составился Новозаветный канон. О том, сколько нечистых человеческих умствований присутствовало в имевших в те времена хождение рукописях, дает представление найденная в нашем веке в пещерах Кумрана древняя библиотека. И вот: сектанты, воровски похитившие Новый Завет у Святой Церкви, силятся обратить букву Писания против Полноты Православия. Они выпали из живой жизни христианства, и для большинства из них Новый Завет представляет собой лишь безжизненный безблагодатный «моральный кодекс», свод сухих нравственных правил.

Сам Сын Человеческий ничего не писал, повествования о Его житии и учении были созданы впоследствии святыми евангелистами и апостолами. Но и их творения, конечно, не могли вместить того, что если бы писать о том подробно, то... и самому миру не вместить бы написанных книг (Ин. 21, 25). Потому, по завету апостольскому, верным было заповедано держаться не только Писания, но и Предания, которым вы научены или словом или посланием нашим (2 Фес. 2, 15). Кроме этого, первые христиане многое из учения были вынуждены держать втайне, чтобы святыню «не потоптали» враги Церкви Христовой. Древние израильтяне, будучи свободным народом и имея возможность защитить святыню от поругания, записывали все, что касалось обряда. А первые христиане подвергались гонениям, были окружены богопротивниками — известно, что в римских театрах того времени кощунственно пародировалось святое Крещение, единственное Таинство, формула которого дана в Евангелии. «Необнародованное и неизрекаемое учение отцы наши сохранили в недоступном любопытству и выведыванию молчании, быв основательно научены молчанием охранять святыню Таинств. Ибо какое было бы приличие писанием оглашать учение о том, на что некрещеным и взирать не позволительно?» — говорит Святитель Василий Великий.

Отступив от учения Церкви о Таинствах, зачинатели протестантизма отказались от спасительной благодати Божией, преградили своим последователям путь в Царствие Небесное. Страшные и Животрящие Дары Плоти и Крови Господней, о которых недвусмысленно говорит Спаситель, без причастия которых не спасется ни один человек, суемудрые еретики пытаются представить «знаками» и «символами». Но иначе и не могут поступать эти лжеучители, ибо среди них нет ни одного, кто имел бы право совершать Божественные Таинства.

В безумии своем основатели протестантизма разорвали апостольскую преемственность священнослужения.

Лютер заявлял: «Священство есть принадлежность всех христиан». Точно так же еще во времена Моисеевы некий Крей со своими сообщниками дерзнул претендовать на право священнослужения, в ту пору указанное от Господа лишь роду Аарона. Ответом на это своеволие была грозная кара Божия: разверзла земля уста свои, и поглотила их и домы их, и всех людей Кореевых (Числ. 16, 32). О новозаветном священстве говорит святой апостол Павел: И никто сам собою не приемлет этой чести, но призываемый Богом, как и Аарон (Евр. 5, 4). Подобно Корею с его присными, все нынешние «пасторы» и «проповедники» сектантов - самозванцы, не имеющие апостольской благодати. И эти лжепастыри, подобно наглому Корею, не страшатся адской бездны, которая неминуемо разверзнется под ними.

За Сыном Человеческим во время земного Его жития ходили многотысячные толпы. Многие, видя чудеса, которые Он творил, уверовали во имя Его. Но Сам Иисус не вверял Себя им (Ин. 2, 23—24). Многих ли Спаситель послал «учить и крестить», многим ли даровал право «вязать и разрешать»? Только избранным Апостолам Христовым было вверено святое дело Благовествования, им Духом Святым была сообщена благодать для совершения Таинств и передачи этого благодатного дара преемникам с возложением рук священства (1 Тим. 4, 14). Самый скромный священник Православной Церкви через непрерывную передачу рукоположений ведет свое духовное родословие от одного из Апостолов Христовых, и не от личных достоинств священника зависит дарованная ему благодать служения — Таинства совершаются видимо его руками, но незримо — Силой Божией.

А о незаконном «служении» еретиков так говорит священномученик Киприан Карфагенский: «Если те, которые не слушают Церкви, почитаются язычниками и мытарями, то гораздо более должно почитать язычниками и мытарями возмутителей-врагов, выдумывающих ложные алтари, подозрительное священство, святотатственные жертвы и обольстительные названия». Благодать и Сила Божия неотлучно пребывают в Церкви Христовой, зримо проявляясь в богатырях Духа — святых подвижниках. И этих сынов Царствия, еще в земном житии сподобляющихся стать обителью Святого Духа, осмеливаются отвергать протестанты!

Сами духовно немощные, сектанты дерзают отрицать почитание святых Божиих.

Величайших святых и пророков знал еще Ветхий Завет. По слову пророка Илии растворялись и затворялись небеса, длилась засуха или проливался дождь. От прикосновения к костям пророка Елисея воскрес мертвец. Иисус Навин своим прошением остановил солнце. О праведниках Нового Завета говорит Спаситель в молитве к Небесному Отцу: Отче... славу, которую Ты дал Мне, Я дам им (Ин. 17, 21—22). Так неужели же с пришествием Сына Божия в мире иссякла или умалилась святость? Подобное утверждение — кощунство. И Православная Церковь следует завету апостольскому: Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их (Евр. 13, 7). Истинные христиане есть сограждане святым и свои Богу (Еф. 2, 19), потому что прибегают к помощи и предстательству святых угодников Господних перед Престолом Всевышнего.

Упрямые еретики доходят до того, что не принимают поклонения Матери Божией.

Может ли кто-то надеяться на благосклонность даже обычного порядочного человека, если без уважения относится к его матери? Так как же сектанты надеются получить благоволение Сына Человеческого, отказывая в поклонении Пречистой Матери Его? Как эти лжезнатоки Евангелия не замечают обращенного к Ней приветствия ангельского: радуйся, Благодатная! Господь с Тобою; благословенна Ты между женами (Лк. 1, 28), и ответа Ее: отныне будут ублажать Меня все роды; что сотворил Мне величие Сильный (Лк. 1, 48—49)? Поистине непроницаема духовная слепота еретиков, если даже светоч Царицы Небесной не рассеивает их внутреннего мрака.

Как корчится от знамения Креста Христова нечистая сила, так же невыносимо для сектантов почитание Святого Креста.

Слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Бо-жия(1 Кор. 1, 18), — говорит святой апостол Павел. Крест для православного христианина — Жертвенник, обагренный Пречистой Кровью Спасителя. По слову Самого Господа, клянущийся жертвенником клянется им и всем, что на нем (Мф. 23, 20) — таким образом, хуляшие Крест сектанты изрыгают хулу на Распятого Спасителя. Церковь же Православная памятует, что только Кровью Креста Сына Божия умиротворены и земное и небесное (см. Кол.1, 20).

Сектанты в неразумии своем обвиняют Православную Церковь в идолопоклонстве за поклонение святым иконам.

Разве Ковчег Завета не был внешне вещественен, не был сделан человеческими руками из дерева, металла, ткани? Однако недостойно прикасавшихся к этой святыне Господь карал смертью. Во Святая Святых Иерусалимского храма находились рукотворные изображения Херувимов — кто бы дерзнул назвать их идолами?

Сын Божий сошел на землю, облекшись в вещество, в человеческую плоть. Спаситель дозволил смертным видеть и слышать Себя, осязать Свои раны, Богочеловек явил миру Свой Лик не для того, чтобы христиане забыли Пречистый Его Образ.

Мы дорожим фотографиями любимых нами людей и полученными от них памятными вещицами. Неужели любовь христиан к Спасителю могла быть так мала, что они не сберегли бы Его изображений?

Дважды дарил Иисус Христос людям нерукотворные Свои изображения — властителю Авгарю за благочестивое рвение и святой Веронике по пути на Голгофу. Протестанты, конечно, не верят в это, как и во многие другие чудеса Господни. Но вот: в новейшее время миру явлен еще один нерукотворный Образ Спасителя, чудесно запечатлевшийся на Туринской Плащанице. Даже ученые-материалисты, придирчиво исследовавшие Плащаницу, были вынуждены признать подлинность и «необъяснимость» этой величайшей святыни, некогда обвивавшей Тело Господа после Распятия. Образ на Плащанице можно смело назвать «фотографией» Иисуса Христа. И здесь видится еще одно чудо: этот Пресвятой Образ в точности подобен изображениям Спасителя на большинстве православных икон.

Сравнивать священные изображения с идолами, как это делают сектанты, есть богохульство. Нет, не «доскам и краскам» поклоняются православные христиане перед святыми иконами, но через созерцание образов устремляются духом к Небесным первообразам. Более того: как на Ковчеге Завета почивала сила Божия, так же и на священных предметах, чтимых Церковью, почивает дух Господень и святых Его, от них струится неиссякаемый поток чудотворений. А к кому обращаются сами сектанты перед голыми стенами своих «молелен», когда перед глазами их лишь пустота, в которой мельтешат «духи злобы поднебесные»?

С лукавым неверием относятся сектанты и к чудесам от святых икон, и к чудесам, проистекающим от мощей святых Христовых, как древле от костей пророка Елисея. Да и чудеса Самого Господа большинство протестантов хотело бы толковать лишь «научно» или «символически». Отсюда лишь шаг до отрицания Воскресения Спасителя, что означает тщетность «веры» еретиков и отсутствие для них удела в Царствии Небесном рядом с Воскресшим. Не случайно так называемый «научный» атеизм черпал свои аргументы в основном из арсенала протестантской «библейской науки». В начале нынешнего века среди духовенства города Гамбурга был проведен опрос, давший неожиданный, но весьма показательный результат — выяснилось, что подавляющее большинство пасторов не верит в Божество Иисуса Христа. О каком христианстве вообще может идти речь, если таковы оказываются сами «вероучители»?

Православие представляет собою целую вселенную, воспитывающую для служения Богу и душу, и тело верующего, охватывающую всю его жизнь. Закаляющее плоть воздержание, выжигающее скверну греха покаяние, возвышенная радость праздников Господних, благолепие храмов, святые образа, вдохновенные песнопения и молитвы, кадильный фимиам — все устремлено к тому, чтобы помочь человеку обрести путь в Горняя. Лукаво мудрствующие сектанты отказались от большей части сокровищ Церкви Христовой. Образовавшаяся пустота могла быть заполнена только ложью. «Утверждения» еретиков оказываются под стать их отступническим «отрицаниям».

Многие сектанты «учат об оправдании верой» — дескать, только веры во Христа достаточно для обретения «места в раю». О подобных «христианах» святитель Нил Ярославский язвительно замечает: «По их мнению, только думай о Господе благопристойно — и хорош будешь». Какой соблазн для духовных лодырей, коснеющих в скверне греха и в то же время вздыхающих о «духовности»! Может ли быть «оправдание» одной верой? Ведь и падшие духи веруют, более того — они трепещут, твердо зная о бытии Правосудного Всемогущего Господа. Христиане призваны подражать Спасителю, а Господь наш Иисус Христос молился до кровавого пота, постился сорок дней в пустыне, изнуряя земное Тело Свое. Молитвенный труд и подвиг поста сделались насущным духовным хлебом для Апостолов Христовых и для всех, хотящих следовать по Его стопам. По слову Господню, Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11, 12). Сектанты же, пропагандируя «облегченное христианство», заманивают людей на «широкий путь», ведущий к погибели.

Еще хлеще кальвинистское учение о «предопределении», представляющее собой клевету на Вселюбящего Бога. Отвергая учение о свободе человеческой воли, подобные еретики представляют себе Небесного Отца как своенравного тирана, который одних людей заранее обрекает на смертные грехи и вечные муки, а других вне зависимости от их усилий предназначает к вечному блаженству. Таким «миродержцем» мог бы быть разве что сам диавол — вот только Бог не дал ему власти совращать стойких в вере, а блаженство не может стать уделом тех, кто раздираем собственной злобой и гордыней.

Новейшие еретические секты докатились до яростной антихристианской деятельности. Таковы пресловутые «свидетели Иеговы» и последователи «пророка Муни», которые призывают стереть Церковь Христову с лица земли, физически уничтожить всех епископов и священников, добиваются захвата государственной власти. Эти изуверы, использующие «христианскую» терминологию, — явные предтечи царства антихриста.

Так самовознесение человеческого рассудка неминуемо приводит к поклонению сатане. Святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит: «Ересь — плод гордыни, этой причины падения падших ангелов. Будучи собственно грех ума, ересь не только омрачает ум, но и сообщает особенное ожесточение сердца, убивает его вечною смертию. Этим грехом человек всего ближе уподобляется падшим духам, которых главный грех — противление Богу и хула на Бога».Духовное состояние, в котором находится еретик, Церковь называет «прелестью диавольской» — обладание частицей Божественной Истины вселяет в еретика такую гордыню, что он слышит только себя и остается глух к любым доводам разума. Это состояние духовной смерти, поэтому увещевание сектанта так трудно, а обращение на правый путь тех, кто глубоко впитал в себя яд лжеучения, просто невозможно без особой к ним милости Божией. Гораздо проще просветить Светом Христовым множество неверующих, чем извлечь из душепагуб-ной прелести хотя бы одного еретика.

Пример того, как должен христианин опасаться впадения в ересь, дан в житии одного из древних подвижников, аввы Агафона:

«Однажды пришли к авве Агафону некоторые, услышав, что он имеет великую рассудительность. Желая испытать смирение старца, не рассердится ли он, спрашивают его:

—Ты Агафон? Мы слышали о тебе, что ты блудник и гордец.

—Да, это правда, — отвечает он. Они опять спрашивают его:

—Ты, Агафон, — клеветник и пустослов?

—Да, - отвечал он.

И еще говорят ему:

—Ты, Агафон, — еретик?

—Нет, я не еретик, — отвечал он. Затем спросили его:

—Скажи, авва, почему на первые клеветы ты соглашался, а последней не перенес?

Он отвечал:

—Первые пороки я признаю за собою, ибо начатки их есть во мне, и признание это полезно душе моей. А признание себя еретиком — значит отлучение от Бога, а я не хочу быть отлученным от Бога моего.

Выслушав это, они подивились рассудительности старца и отошли, получив назидание».

Вот так страшна для христианина ересь, ибо ересь — есть сознательное противление Божественной Истине, хула на Духа Святого, грех, который как известно, не прощается ни в этом веке, ни в будущем.

И в этот-то смертоносный грех вовлекают сейчас сыновей и дочерей православного народа эмиссары протестантских сект, как саранча заполонившие просторы нашего Отечества. Нет, не проповедовать Евангелие явились сюда эти хищники в овечьей шкуре, но соблазнить славян на предательство святыни Православия, разделить их по враждебным «конфессиям», сделать неотвратимой гибель народа.

Сектанты уже давным-давно сосуществуют с римо-католицизмом, грехи которого некогда породили протестантизм. По наущению диавола «миссия» еретиков нацелена на Православную Церковь, отнюдь не повинную в том, против чего восставал Лютер, — не знавшую ни индульгенций, ни инквизиции, ни клерикализма. Вражда против Православия подчеркивает антихристову сущность сектантства. Однако в Православной России минувших веков сектанты почти не имели успеха, привлекая к себе лишь отдельных отщепенцев: ведь даже дитя в те времена знало и помнило ставшее у нас народной пословицей изречение священномученика Киприана Карфагенского: «Кому Церковь не Мать — тому Бог не Отец».

Нынешнее вторжение протестантов стало возможно лишь на духовной почве, выжженной десятилетиями насильственного «обезвоживания» народа. Тем, кому неведомы истины Святого Православия, и сектанты могут показаться просветителями. Из всех тлетворных веяний современности это представляется наиболее опасным, ибо направлено на духовное погубление цвета народа. Как известно, коварный сатана силитсяпрельстить, если возможно, и избранных (Мф. 24, 24). Лукавая ересь способна опутать души даже лучшей части нашей молодежи — тех, над кем не властны оказались соблазны блуда, наживы, потребительства и прочих прелестей «западного образа жизни». Увы! малочисленное, обремененное тягчайшими нагрузками, материально бедствующее духовенство Русской Православной Церкви не имеет ни сил, ни средств для широкого противодействия заезжим «просветителям», за которыми везут чемоданы валюты и вагоны книг, обученным новейшим методам воздействия на человеческую психику. Неужели всем этим «проповедникам Христа» стало уже нечего делать у себя дома? Сейчас в нашем Отечестве настежь распахнуто «окно на Запад», и то, что мы видим, позволяет прямо утверждать: современное западное общество не является христианским, в нем царит религиозная теплохладность, культ ветхозаветного «золотого тельца», развращенность содомская и гоморрская, не вмещающаяся и в рамки самого снисходительного протестантизма. Вот где надо бы проповедовать слово Божие! Но нет, «проповедники» едут в Россию, где еще сохранились корни духовности. Правда в том, что сектанты едут выкорчевывать корни Церкви Христовой, осуществлять адский план духовной интервенции против России.

Сейчас много толков об экуменизме, то сочувственных, то «гневно-разоблачительных», доходящих до обвинения Русской Православной Церкви во «всеереси».

В этом вопросе необходимо твердо и точно определить позицию Церкви Русской. Участие ряда ее служителей в экуменическом движении, силящемся хоть как-то объединить всех, именующихся христианами, было вызвано не только сталинским нажимом, но и прекраснодушной мечтой — обратить иноверный Запад в Православие. Некоторые надежды на осуществление сего мечтания вселяло то, что лучшие люди Запада начали осознавать духовный тупик, в котором оказались протестантизм и римо-католичество. Некоторые западные искатели Истины, среди них — выдающийся современный богослов иеромонах Серафим (Роуз), присоединились к Православию. Однако, чем дольше длились экуменические дебаты, тем явственнее проявлялась их чуждость Святой Церкви.

Необходимо подчеркнуть: каковы бы ни были частные мнения отдельных российских иерархов и священнослужителей, в том числе и известного теоретика экуменизма протоиерея Александра Меня, Полнота Русской Православной Церкви никогда не собиралась поступаться и толикой Своих догматов и канонов ради соглашения с инославными.

Сейчас протестантизм и римо-католицизм, ринувшиеся на российские «миссионерские территории», настолько откровенно обнажили волчьи зубы, что не осталось места каким бы то ни было прекраснодушным мечтам о воссоединении. Ныне для православных христиан ни о каком экуменизме не может быть и речи (исключая разве что чисто дипломатические переговоры). Разрыв с экуменическим движением подтвержден и Вселенской Православной Церковью более года назад на Соборе Предстоятелей Поместных Ее Церквей.

Один Господь, одна вера, одно крещение (Еф. 4, 5), — сказано в Священном Писании. Едино Тело Христово, Святая Церковь Православная, — и чадам ее нет нужды выискивать какую-то правду в мертвых обломках чуждых «конфессий» и «деноминаций». Мы в ограде Матери-Церкви и знаем голос своего Пастыреначальника Христа; все же, кто пытается выманить нас за церковную ограду, «суть воры и разбойники».

Будем помнить также, что Православие — это не мертвый свод правил и обрядов, а живая вера, требующая от каждого из нас жизни во Христе. Быть православным — это значит гореть деятельной христианской любовью, просветляя и согревая окружающий мир.

Для нас, кому Господь судил жить в Средней Азии, особое значение имеют взаимоотношения с исламом.

И здесь открываются вещи, которые многим могут показаться неожиданными. Вопреки насаждаемым тем же Западом предубеждениям, из всех современных религиозных направлений ислам оказывается наиболее близок Православию, именно здесь можно и должно искать взаимопонимания и дружбы. Речь ни в коей мере не идет о каком бы то ни было «христианском миссионерстве» среди мусульман — подобные потуги явились бы безумием или провокацией. Мусульманство в сознании тюркских и фарсидских народов представляет собой религиозно-национальный монолит, крепостью которого можно только восхищаться.

В отличие от римо-католиков и протестантских сект, современный ислам не враждебен Православию. Усиленно внедряемое «желтой» прессой в массовое сознание представление об «агрессивности мусульманства» — лживый миф. Согласно Корану, в котором Бог олицетворяет Собою прежде всего Высшую Справедливость, мусульманам запрещено враждовать с «людьми Книги», каковыми являются христиане; с «людьми Книги» мусульманам дозволено даже вступать в брак. Все псевдохристианские «деноминации» за время отступления успели слишком далеко уйти от Христа. Ислам же, как и Православие, неподвижны в своем основании. Мусульмане (в отличие от сектантов) почитают Пречистую Деву Марию (Мариам), видят в Иисусе (Исе) Единого Безгрешного из пророков. Православие и ислам сближают и высокие нравственные требования, которые они предъявляют к верующим. Причем, славянским народам следовало бы поучиться у народов Средней Азии их беспримерному мужеству — несмотря на десятилетия тоталитарной тирании мусульмане сумели сохранить неповрежденными свою веру и нравственные устои, так что ныне здесь нет нужды «возрождать» ислам, среднеазиатские народы были и остались мусульманскими.

Сейчас и в Среднюю Азию во множестве проникли представители протестантских сект. В их наивность и непонимание того, где они находятся, верится плохо — потому их деятельность среди мусульманской молодежи трудно расценить иначе, как провокацию, нацеленную на разжигание межрелигиозной вражды. Как иначе расценить некоторые их высказывания, граничащие с оскорблением религиозных чувств мусульман, а также применявшиеся ими, в частности, в Кыргызстане, методы обращения в «свою веру» посредством грубого подкупа — не только раздачей литературы и даровыми угощениями, но и взятками в валюте? Надежду на то, что сектантам не удастся «вбить клин» между мусульманами и православными, вселяет лишь чуткий разум самих мусульман. Исламское духовенство уже сейчас превосходно понимает «кто есть кто», остается ждать, что все мусульмане увидят разницу между православными христианами и «миссионерствующими» еретиками-сектантами.

Уроки красоты человеческих отношений между сынами Востока и России преподаны новым поколениям в побратимстве святого благоверного князя Александра Невского и царевича-чингизита Сартака, сердечной дружбе, связывавшей Великого князя Симеона Гордого и хана Джанибека. Дружеские узы связывали и последнего русского царя Николая II с последним бухарским эмиром Саидом Плимханом; эмир своей казной помогал царю в годы первой мировой войны. Ныне же пусть же каждому из нас нелицемерная любовь и святая вера подскажут, как найти пути к тому, чтобы завоевать доверие и приязнь окружающих нас мусульман.

Возлюбленные о Господе братья и сестры!

В старину на Руси существовал прекрасный благочестивый обычай: во время сильных буранов не умолкали церковные колокола, чтобы заблудившийся путник мог услышать благовест и понять — близко жилье, близка помощь, близко спасение. Вот так же среди любых житейских бурь Мать-Церковь призывает заблудших в свои объятия, дабы они обрели мир и покой.

Всемогущий Бог обитает среди православных христиан. Как любящий Отец семейства от детей Своих Он требует лишь взаимной любви и согласия, следования обычаям Церкви-Матери, благочестия и послушания. Да не случится с нами того, чтобы лишились мы этой Всесильной Отцовской опеки, самочинствуя и увлекаясь соблазнами мира сего или неправославными учениями. «Христианину, члену Церкви, должно жить по-церковному», — такой простой и благой совет дает нам святитель Феофан Затворник.

За оградой церковной в великой семье Божией не страшны нам будут никакие грозы и испытания. А долг сыновний призывает нас стремиться к тому, чтобы сделаться достойными Милосердия молящегося о нас Спасителя: Отче Святый! соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты Мне дал, чтобы они были едино, как и Мы (Ин. 17, 11). Аминь.